Квартиры от застройщика ООО "Гражданпромстрой"
Проектная декларация
Продается земельный участок в г. Ейске под строительство гостиницы с рестораном,
на набережной Таганрогского залива.
Сдаются три 2-х комнатных номера на первом этаже частного дома.
г. Ейск, переулок Приморский, 12.

 

Из истории станицы Абинской 1863–1917 гг.

Пономарёв Виктор Петрович – краевед, г. Абинск


Станица Абинская, ныне город Абинск – центр одноименного района – находится в юго-западной части Краснодарского края на реке Абин в среднем ее течении. Еще в первой половине XX века река несла свои воды в Тлахофижские и Аушедские болота, а теперь впадает в Варнавинское водохранилище. Река дала и название станице, этимология которого до сих пор не ясна. В.Н. Ковешников предложил несколько вариантов объяснения этого гидронима. В абхазском языке есть слово «абна» – лес, и еще одно похожее слово – «абаа» – крепость. В тюркских языках есть корень «аб», означающий «река, вода». И еще есть мнение, что название реки произошло от этнонима «абун» – имени меотского племени [1]. А.В. Пьянков считает, что гидроним Убин и очень близкий ему по форме Абин имеют индоиранское происхождение и являются реликтами забытых древних языков [2].

Спорным является и вопрос о дате основания станицы. Считается, что официальная дата основания Абинской – 12 сентября 1863 года, когда был издан приказ военного министра Д.А. Милютина [3]. Именной указ, объявленный в приказе военного министра, «о наименовании станиц, вновь водворенных в 1863 году в Закубанском крае, и о сформировании в Кубанском казачьем войске двух конных полков – Абинского и № 26» последовал 3 сентября 1863 года [4]. Принимать это событие за точную дату образования станицы Абинской вряд ли правомерно. Станица к этому времени уже заселялась и обустраивалась. Более обоснованной может считаться другая дата – 8 мая (по новому стилю – 20 мая) 1863 года, когда первые семьи азовских казаков начали строительные работы по возведению жилищ [5]. Однако не стоит забывать о том, что история Абинска началась гораздо раньше – с момента закладки отрядом генерала А.А. Вельяминова 22 августа 1834 года на левом берегу реки Абин военного укрепления [6]. Двадцать лет, до апреля 1854 года, существовало Абинское укрепление. Первые годы в нем несли службу роты Тенгинского и Навагинского полков, а начиная с 9 января 1838 года гарнизон составили 1-я, 2-я и 3-я роты Черноморского ка¬зачьего линейного батальона [7]. Также установлен факт проживания в крепости и мирного населения – это жены и дети нижних чинов и офицеров. У женатых офицеров была еще и прислуга [8]. Когда началась Крымская война, высшее начальство приказало вывести гарнизоны закубанских и береговых крепостей на правый берег Кубани. Но это была временная мера, всего через девять лет на месте упраздненного Абинского укрепления стали строить казачью станицу. Учитывая данные обстоятельства, можно говорить, что история Абинской станицы началась с момента устройства укрепления.

С 1861 года российское правительство стало активно разрабатывать проект заселения западной части Кавказского хребта казачьими станицами, с тем чтобы окончательно сломить сопротивление горских племен. В результате этой работы явился указ от 10 мая 1862 года, утверждавший «Положение о заселении предгорий западной части Кавказского хребта кубанскими казаками и другими переселенцами из России». Для новых поселений отводилось 136 000 десятин земли от Кубани на севере до Главного Кавказского хребта на юге, от Адагума на западе и до Большой Лабы. Предполагалось поселить 17 000 семейств из расчета по четыре человека в каждой семье. Большую часть переселенцев – 12 562 семьи – должно было выставить Кубанское войско, а остальные – из Азовского и Донского казачьих войск [9].

Согласно высочайшему положению, в конце мая 1862 года в Натухайском округе силами переселенцев из Азовского и Кубанского казачьего войск при непосредственном участии Адагумского отряда под командованием П.Д. Бабыча стали возводить 11 новых станиц. Половина их строилась на местах бывших укреплений: Варениковская, Гостагаевская, Раевская, Новороссийская, Неберджаевская, Крымская. Все они составили Адагумскую кордонную линию. Командующий войсками Кубанской области граф Н.И. Евдокимов предполагал в том же году возвести еще одну станицу у бывшего Абинского укрепления. Войска Адагумского отряда построили Абинский укрепленный лагерь к северу от разрушенных бастионов. Сюда 13 мая 1862 года из Адагумского укрепления перевели штаб-квартиру Крымского пехотного полка [10].

Необходимость возведения станицы на месте бывшего укрепления на Абине была продиктована, прежде всего, военно-стратегическими соображениями. От укрепления вверх по реке, через бывшее Николаевское укрепление и ущелье реки Адегой, проходила колесная дорога, построенная генералом А.А. Вельяминовым в 1836 году. Через перевал Нако (ныне Кабардинский перевал) она выходила самым коротким путем на берег Черного моря [11]. С западной стороны к Абинскому укреплению через невысокие отроги горных хребтов подходила Константиновская дорога. Ее построил до начала Крымской войны адмирал Л.М. Серебряков как участок дороги от Новороссийска до Екатеринодара [12]. Именно здесь и рассчитывал командующий создать еще один опорный пункт Адагумской кордонной линии, поселив 250 семей азовских казаков. Но возвести станицу Абинскую в 1862 году только силами войск Адагумского отряда не удалось – «по непредставляющейся возможности относительно материальных средств» [13].

В начале января 1863 года в Главном штабе Кавказской армии возник проект возведения 21 станицы со стороны восточного берега Черного моря, в том числе и 11 станиц на пространстве между Абином и Хаблем. Из последних предполагалось сформировать Шапсугский казачий полк. Однако командующий Кавказской армией великий князь Михаил Николаевич не утвердил это наименование, и в документах, начиная с 25 марта 1863 года, полк называется Абинским. Командир – подполковник В.Е. Фролов – в начале апреля приступил к формированию полка. Он был снабжен подробной инструкцией по устройству новых станиц, «имеющих поступить в его ведение и исполнить все подробности дела по водворению жителей» [14]. Высшее начальство отказалось от возведения в 1863 году трех станиц: Пшадской, Геленджикской и Кабардинской, а станицы Абинскую, Шапсугскую, Эриванскую, Мингрельскую, Антхырскую, Хабльскую, Грузинскую и Ильскую предполагало заселить казачьими семьями из войск – Кубанского, Азовского, Донского, а также женатыми нижними чинами Кавказской армии и государственными крестьянами. Станица Абинская должна была устроиться исключительно азовскими казаками [15].

Очередные партии азовцев начали готовиться к переселению в Закубанье с осени 1862 года. С конца ноября из Сухумской и Константиновской морских станций стали прибывать казаки, служившие в Азовской войсковой баркасной команде. К исходу апреля 1863 года все назначенные в переселение казачьи семьи продали свои жилища государственным крестьянам, «вольноотпускным» и временнообязанным крестьянам Екатеринославской губернии [16].

19 апреля 1863 года наказной атаман Азовского казачьего войска генерал-майор К. Решетилов отдал приказ о переселении первой партии азовских казаков на Кавказ. Семейства, не имевшие средств для сухопутного следования, отправили морским путем. Партия из 16 семей под командой урядника Григория Кулика из станицы Петровской в порту Бердянска погрузилась на паровую шхуну «Эльбрус». Всего было 77 человек при поклаже 500 пудов, погрузка обошлась переселенцам в 14 рублей серебром [17]. Согласно рапорту подполковника В.Е. Фролова, который он отправил в штаб войск Кубанской области, первая партия азовских переселенцев из укрепления Константиновского в сопровождении войск Натухайского военного округа благополучно прибыла в Абинский укрепленный лагерь 8 мая 1863 года и была «там поставлена на водворение до прибытия остальных» [18].

Остальные семьи азовских казаков последовали в Закубанье сухопутным путем. Наказной атаман К. Решетилов разделил оставшиеся 488 семей на три партии. Предполагалось, что это позволит прибыть на новые места гораздо быстрее и организованнее. Атаман учитывал и настойчивые просьбы казаков следовать постанично, «не разделяясь с родными и не смешиваясь с жителями других станиц» [19]. Число офицеров, определенных для переселения, составлялось из расчета один на каждые сто семейств. Во главе первой партии был поставлен есаул Д. Подгурский и хорунжий Е.М. Гладкий.

24 апреля 1863 года начальник станицы Николаевской урядник Волик передал есаулу Подгурскому по «портионному» списку под квитанцию всех переселенцев с обозом, а также войсковые регалии, хранившиеся в Николаевской церкви: два войсковых знамени с грамотами и два запорожских пернача. Перначи вывезли азовцы из Задунайской Сечи, а знамена им были пожалованы в разное время за службу после возвращения из Турции. Большое белое войсковое знамя с черным орлом и надписью «За храбрость при переправе в 1828 году через реку Дунай» пожаловали Азовскому войску при Высочайшей грамоте 1 июля 1844 года. В 1856 году азовцы получили Георгиевское войсковое знамя с надписью: «За храбрость и примерную службу в войну против французов, англичан и турок 1853–1856 гг.» [20]. Вместе с войсковыми регалиями Подгурский забрал и часть православных святынь, которые передал ему священник Николаевского молитвенного дома отец Иоанн Дементьев. В описи церковного имущества, среди прочих реликвий, значатся серебряный напрестольный крест, два Евангелия, одно – старинное большое с изображением святых евангелистов «в апплике обделанное», большая позолоченная чаша для причастия, медная гридница, покрытая финифтью, «серебряный ящик со святыми мощами, икона Сербской Божьей Матери на дереве» и два колокола весом по 40 пудов. Все святыни долгое время хранились в первом храме станицы Абинской – в честь святителя Николая Мирликийского Чудотворца [21].

182 семьи казаков станицы Николаевской, в которых насчитывалось 976 душ обоего пола, с обозом из 327 воловьих и конных возов выступили 26 апреля 1863 года [22]. Маршрут следования пролегал через Александровский уезд Екатеринославской губернии и земли Донского войска. От Ростова через станицы Аксайскую и Ольгинскую казаки проследовали к границе Черноморского войска по направлению к станице Старощербиновской. Через Кубань переправились у Новоекатериновского поста и далее по Хабльской кордонной линии прибыли 28 мая в укрепленный лагерь на реке Хабль. Всего преодолели 566 верст, делая в сутки по 20 верст, не считая дневок [23]. 1 июня есаул Подгурский привел свою партию в лагерь на Абине, где уже обустраивались первые 16 семей. Всего оказалось 1088 жителей. К ним добавились 65 человек из станиц Старощербиновской, Марьянской и Царской [24].

25 июня 1863 года Абинский полк был окончательно сформирован, согласно штатному расписанию, в нем значилось два штаб-офицера, 18 обер-офицеров, 89 урядников и 1756 казаков, распределенных по пяти конным сотням. Казаки станицы Абинской составили четвертую сотню [25].

Отметим, что строительство станицы началось еще ранней весной, когда по распоряжению командующего Адагумским отрядом и начальника Натухайского округа генерала П.Д. Бабыча сюда были направлены Крымский и Ставропольский пехотные полки во главе с полковниками Михайловым, Маняти и Скалозубовым [26]. Солдаты, истосковавшись по работе, горячо взялись за дело. Они должны были к прибытию переселенцев обосновать станицу. Эту задачу они успешно разрешили. Возвели земляные валы с тыном из вкопанных стволов деревьев и по углам небольшие бастионы, которые опоясали рвом. Необходимо заметить, что станицу Абинскую решили не закладывать непосредственно на месте бывшего укрепления, а отступили на полверсты к западу. Здесь после вырубки леса было больше ровного пространства. Абинское военизированное поселение построили по всем правилам фортификации того времени. Оно было огорожено двойным плетнем из вертикально укрепленной хмеречи, с таким расстоянием между ними, чтобы при поджоге наружной изгороди огонь не мог переброситься на внутреннюю. Внутри соорудили пороховой погреб, цейхгауз, казармы, офицерский дом и некоторые другие постройки. Ежедневно поочередно одна часть отряда занималась строительными работами, другая заготовляла в ближайших окрестностях бревна, слеги, фашины и хворост. Одновременно велась заготовка сена для лошадей и продовольственного скота [27].

Вначале строительство домов в станице Абинской шло медленно. В ведомости об устройстве домов от 31 июля 1863 года окончательно построенными значатся 60 из 203. Казакам часто приходилось отвлекаться на работы по заготовке сена и на военные мероприятия против горцев. Однако к началу зимы все постройки были завершены [28]. По ведомости о постройке жителями станицы Абинской домов на декабрь 1863 года здесь числилось 213 домов [29].

В последние месяцы Кавказской войны горцы большими и малыми партиями покидали свои родные места. 9 декабря 1863 года через станицу Абинскую следовала группа черкесов численностью 47 человек, где остановилась на ночлег. На следующий день горцы проследовали в станицу Антхырскую, бросив в Абинской пятилетнего мальчика-сироту. Станичники приняли живое участие в его судьбе, и казак Яков Федоренко пожелал его усыновить и окрестить в православной вере. Абинское станичное правление вскоре подало рапорт об этом подполковнику В.Е. Фролову. Командир полка разрешил правлению отдать мальчика на воспитание казаку Федоренко «с тем, чтобы он окрестил его по обряду православной веры, но так как он при нынешнем возрасте не может располагать сам собою, то об усыновлении его Федоренко войти с просьбой тогда, когда мальчик достигнет совершенных лет и будет их обоюдное на то согласие». По достижении совершеннолетия, как указывал В.Е. Фролов, его возможно будет зачислить в казачье сословие [30].

Первоначально строили исключительно на левом берегу Абина. Здесь располагалась относительно обширная, плоская равнина, которая возвышалась над правым берегом реки на 6–8 метров. Более низкий правый берег с поймой и надпойменной террасой, сплошь покрытый густым, труднопроходимым лесом, долго не заселялся. Процесс освоения право-бережья начался только в 1870 году, когда построили первый деревянный мост через реку Абин и прорубили просеку до станицы Антхырской [31]. Сейчас здесь пролегает современная автомобильная трасса Новороссийск – Ростов. Это позволило начать медленное переселение казачьего сословия с левого берега на правый с более плодородными землями.

Несмотря на все трудности, жизнь в станице постепенно налаживалась. 31 июля на станичном сборе были избраны должностные лица казачьего самоуправления: судьи – Филипп Рудас и Демьян Гладкий, и их заместители – Иван Масловец и Герасим Заверюха [32]. Первым начальником станицы Абинской стал есаул Дмитрий Подгурский, но вскоре ему было присвоено звание войскового старшины, и его перевели в штаб Абинского полка в станице Хабльской. С июля 1863 года на должности начальника станицы Подгурского сменил хорунжий Евтихий Гладкий [33].

1871 году на Кубани была проведена административная реформа на основе Высочайшего указа от 30 декабря 1869 года «О преобразовании административных учреждений в Кубанской и Терской области». Кубанская область была разделена на пять уездов, и в соответствии с Указом Абинский конный полк расформировали. Станица Абинская вошла в состав Темрюкского уезда [34]. В мае 1871 года абинчане впервые выбирали должностных лиц в соответствии с Положением об общественном управлении в казачьих войсках, утвержденным 3 мая 1870 года. Первым выборным атаманом в Абинской стал полковник Кубанского казачьего войска Байков. В последующие годы атаманами избирались А.С. Мирошниченко, А.А. Новак, штабс-капитан К.А. Фитилев, Н.П. Гаркуша, А.М. Иванов, П.И. Зозуля, М.А. Новак. Последним атаманом в 1917 году стал В.К. Митиченко. При выборе атамана иногда обострялись отношения между бывшими азовцами и черноморцами, потому что и те, и другие выдвигали своих кандидатов. За все время станичными атаманами из черноморцев были только двое – Т.В. Пацан и Н.П. Гаркуша [35].

В первые годы в станице была достаточно высокая смертность. В 1864 году родилось 48 человек, а умерло – 43 человека. На следующий год смертность еще более возросла из-за того, что разразилась среди детей эпидемия скарлатины, а у взрослых – лихорадки. Этому способствовал неблагоприятный для переселенцев климат и очень слабое медицинское обслуживание. На всю станицу был один фельдшер и один санитар [36].

Из рапорта о состоянии Темрюкского уезда Кубанской области на 1888 год известно, что общая численность населения в станице Абинской составляла 5516 человек – 2551 казачьего сословия и 2965 иногородних [37]. В юрте станицы Абинской имелось 20 000 десятин земли, пригодной для обработки. 314 казачьих семей получили по 30 десятин, а 243 семьям охотников-переселенцев выделили по 10 десятин потомственной земли. Штаб-офицер и три обер-офицера получили 1000 десятин [38]. Число обрабатываемой земли постепенно возрастало, прежде всего, за счет освоения правого берега реки Абин. В 1887 году такой земли было уже 23 700 десятин [39], а в середине 90-х годов XIX века земельный фонд составлял 25 000 десятин [40].

Положением от 10 мая 1862 года утверждалось право частной собственности на землю. В юрте станицы Абинской было отмежевано восемь участков частного владения. Пять участков – по 200 десятин неудобной земли, один участок – 167 десятин и 120 десятин неудобной земли, один участок – 100, и еще один – 50 десятин [41]. После проведения ряда земельных реформ 70–80-х годов XIX века большая часть войсковой земли перешла в собственность частных лиц, и в основном – высоких офицерских чинов, а также представителей известных дворянских фамилий. С течением времени большинство этих земель было продано. Земли покупали, в основном, иногородние. Распространенной формой приобретения земли была покупка ее в складчину крестьянскими товариществами. В станице Абинской в разные годы образовалось шесть крестьянских земельных товариществ, из них первое – Морошкинское в 1893 году. 14 семей поселились на 60 десятинах приобретенной земли, образовав одноименный хутор. В 1901 году появилось Ястребовское товарищество, которое смогло приобрести уже 200 десятин плодородной земли. До 1917 года образовалось еще четыре хутора: Глуховский (1906 г.), Гладковский (1907 г.), Геженский (1913 г.) и Байковский (1915 г.). По данным «Списка населенных мест Кубанской области» за 1916 год самым крупным товариществом было Глуховское. Оно владело 270 десятинами самой удобной земли, и в нем проживало 224 человека [42]. Из всех хуторов до наших дней дожил только Ястребовский.

Часто крестьянские земельные товарищества приобретали земли, получая кредиты в Крестьянском банке. Жителям, которые не имели своей земли и не могли получить кредит в банке, приходилось заниматься хлебопашеством и скотоводством на арендной земле. Арендная форма землепользования получила на Кубани широкое распространение. В станице Абинской в 1886 году восемь частных владельцев сдавали землю в аренду на пять лет, и средняя арендная плата составляла два рубля за десятину. Все арендующие были иногородними [43].

В течение первых трех лет переселенцы были обеспечены продовольствием от казны, поэтому они, в основном, занимались строительством и меньше внимания уделяли земледелию. Но уже в 1864 году понемногу стали приступать к обработке земли. Например, озимых льна, ржи, ячменя и овса было посеяно 23 четверти (четверть – 209,91 л). Сняли 82 четверти, и урожайность составила примерно сам-четыре [44].

Начиная с 70-х годов, основным источником жизни становится плодородная земля. С этого времени хлебопашество, огородничество, садоводство и животноводство являются главными отраслями в хозяйстве станицы Абинской. Жители сеяли озимую и яровую пшеницу, рожь, ячмень, овес, лен, кукурузу, картофель, табак. Площади под посевами были различны. Под огородами – 374 десятины, под посевами хлебов – 2014 десятин, табака – 72 десятины. При вспашке в три вершка урожаи были 120 пудов с десятины, а при шести вершках – 137 пудов. В 70-е годы средний урожай хлеба в Абинской составлял: в 1872 г. – сам-семь, в 1873 г. – сам-шесть, в 1875 г. – сам-четыре. В 1876 году хлеб не уродился, но население станицы имело достаточно хлеба в запасе, который расходовали экономно [45].

Переселение казачьих семей на правый берег Абина сопровождалось раскорчевкой земли из-под леса и кустарника. Казаки корчевали лес на площади 0,25 га – это так называемая «четвертушка». С этой земли налог с ведома общества станицы не брался в течение трех лет, а потом она входила в обложение. Однако были случаи, когда под видом распашки освобожденной от леса земли распахивали общественный сенокос. Поэтому в 1878 году общество станицы Абинской строжайше воспретило всем делать в толоке распашку земли под хлеб или табак, установив 50 рублей штрафа в пользу станичных сумм за каждую распаханную десятину [46]. В 1881 году общество составило положение, согласно которому определялось, сколько дней и когда можно было косить траву каждому хозяину для своего скота. Траву можно было косить только с 4 июня при двух косарях на двор, считая хозяина, в течение первых трех дней. За нарушение права пользования общественными сенокосами хозяин лишался сена [47].

Основные орудия земледельцев в станице Абинской: деревянный или железный однолемешный плуг, деревянные бороны, каменные катки и цепа. Лишь у немногих имелись ручные веялки и молотилки. Только с начала XIX века вместо ручной косьбы и гребки стали применяться косарные машины и колесные грабли с применением рабочей тягловой силы скота. С помощью этой техники рабочий скашивал 7–8 десятин, сгребал до 8 десятин и вымолачивал 60–70 копен хлеба. Молотьба, в основном, производилась каменными катками и реже цепами. За обмолот платили осенью – 6 копеек, а зимой – 12 копеек за пуд [48].

В последующие годы посевные площади под хлеба заметно увеличиваются, так, в 1915 году из 1575 десятин паевых наделов 945 десятин шло под посевы хлеба. Сбор зерна на душу населения повысился до 8,5 четвертей [49].

Отдельно следует сказать о табаководстве в станице Абинской. Культура табака в Закубанье проникла почти одновременно с колонизацией, с помощью турецко-подданных греков. В рапорте Абинского станичного правления в полковое правление Абинского полка от 18 декабря 1865 года говорится, что неким мещанином Катерко в виде опыта была разведена плантация табака, который по освидетельствовании оказался годным к употреблению [50]. Это первое упоминание в документах о табаководстве в юрте станицы Абинской. Скоро Темрюкский уезд стал центром производства табака в Кубанской области, а станицы Холмская, Абинская и Крымская – своеобразным сердцем этого центра. В Абинской арендовались участки по 10 десятин под разведение табака сроком на 5–10 лет, за цену от 30 до 70 рублей в год [51]. Арендная плата каждый год росла и уже к началу 90-х годов XIX века доходила до 35 рублей за десятину [52].

Станичное общество охотно арендовало общинные земли под табачные плантации. Некоторые хозяева, получив в свое распоряжение пай удобной земли, отдавали его под плантацию за высокую арендную плату. Вот что писал Ф.А. Щербина: «Прошло два-три года со времени дележа земли на паевые участки, а уже многие семейства, заарендовав их на продолжительные сроки и забрав вперед деньги, совершенно обнищали, бросили занятия хлебопашеством, работают на своих же участках у плантаторов в качестве поденщиков» [53].

Высокая договорная плата привлекала сюда рабочих, но редко кто из них получал всю договорную плату. Большинство работников наличными деньгами получали не более половины всей заработанной суммы, а остальное уплачивали им вещами или продуктами. Нередко вместо платы плантатор отсылал работника в станицу в свою лавку, где его приказчик снабжал работника всем необходимым, причем цены увеличивались на 10–15% [54].

В 1868 году в юрте станицы Абинской было снято 120 пудов табака [55]. В 1885 году на землях общинного и частного пользования табачных плантаций было 18 [56]. В 1915 году сбор табака еще более увеличился и превысил 45 000 пудов [57]. В 1917 году посеяли 106,06 десятин [58]. Табаководство станицы Абинской, как и всей Кубани, с самого начала развивалось как крупное товарно-специализированное предпринимательство. Табак, разводимый в юрте станицы Абинской, являлся тем рыночным продуктом, от реализации которого поступала основная денежная часть дохода хозяйства. Под табачные плантации шли целинные земли, когда они истощались, плантаторы занимали другие, еще не тронутые плугом территории. Вспашка плантаций под табак производилась два раза. Не имеющие своего рабочего скота и сельскохозяйственных орудий платили местным жителям за вспаханную десятину от 5 до 15 рублей и за двукратную вспашку – от 10 до 20 рублей [59]. Коренное казачье население, а также иногородние мещане и крестьяне, для которых табаководство являлось не основным сельскохозяйственным занятием, производили вспашку и уборку табачных насаждений в большинстве случаев собственными силами и средствами. Крупные плантаторы, в основном греки, обработку производили наемными рабочими, из которых одни были постоянными работниками, другие – временные поденщики. Станица Абинская стала одной из самых крупных точек конкуренции сельскохозяйственных работ. Здесь сформировался довольно крупный рабочий рынок, где собиралось до 4 тысяч рабочих [60].

При сборе табака с конца июля по август и начало сентября спрос на рабочих был очень большим. Даже десятилетние мальчики и девочки зарабатывали от 10 до 15 рублей в месяц или от 30 до 50 копеек в день. Взрослые работники зарабатывали от 20 до 40 рублей и работницы – от 10 до 30 рублей [61].

Кроме занятий полевым земледелием, население станицы Абинской занималось огородничеством, бахчеводством, разведением садов и виноградников. В конце XIX века продукция этих отраслей все больше поставлялась на рынок. Наибольшим спросом из огородных культур пользовались помидоры, капуста, огурцы, лук. В 1900 году со станции Абинская было отправлено 144 пуда помидоров, зелени огородной – 54 пуда 15 фунтов, картофеля – 133 пуда 25 фунтов, огурцов – 29 пудов, лука зеленого – 43 пуда, редьки – 17 пудов, вишни – 3 пуда, яблок – 4 пуда [62].

Наряду с садоводством и огородничеством в станице развивалось и виноградарство. Это более трудоемкая и одновременно более прибыльная отрасль хозяйства. Она развивалась, главным образом, под влиянием спроса на продукцию винокуренного производства. Большая часть виноградного сбора шла на производство вина, а меньшая – на собственное употребление и продажу. Екатеринодарский и Темрюкский уезды являлись центром выращивания винограда. В станице Абинской виноград стали сажать в начале 80-х годов XIX века, а к 1889 году в станице виноградарством занимались восемь коренных жителей [63].

Мягкий теплый климат, богатейшие природные условия – все это способствовало бурному развитию пчеловодства. Берега Абина, Бугундыря и Шибика, поросшие различными травами, склоны гор, на которых произрастали целые липовые рощи, являлись удобными местами для расположения на них пасек. В архивных документах сохранились сведения о сдаче земли в аренду под пасеку на 1866 год. В этом году было сдано под аренду шесть участков в среднем по две десятины [64]. У жителей станицы Абинской в 1866 году имелась 241 колода пчел, откуда было собрано 15 пудов меду и 5 пудов воску [65]. Через 10 лет в Абинской насчитывалось 12 пасек на 1160 ульев [66]. В 1886 году на пасеках уже было 1238 ульев, причем пасеки в это время имели не только коренные жители станицы [67]. В 1915 году в станице было 29 пасек с 1311 ульями [68].

Другой отраслью сельского хозяйства, которая имела огромное значение для экономики станицы, было животноводство. Весьма активно развивалось коневодство. Оно с самого начала было подворным и обслуживало, главным образом, земледельческие хозяйства. Конских заводов не было, и большей частью лошади выращивались в хозяйствах. Они содержались на подножном корму в степи, а суровой зимой – в сарае, где кормились сеном, ячменем, соломой, овсом [69]. С ростом населения станицы и развитием земледелия количество лошадей увеличивалось. Если на 1867 год в станице насчитывалось 223 лошади, то через 10 лет в станице поголовье лошадей увеличилось вдвое, их было уже 479 [70]. Из рапорта станичного атамана за 1894 год следует, что у коренных жителей имелось 1330 лошадей, у иногородних, имеющих оседлость, – 885, а у не имеющих оседлости – 41 [71]. Из общего числа в 2256 лошадей, 1776 было рабочей породы [72].

Совсем иначе развивалось в станице продуктивное животноводство и овцеводство. Расширение зерновых посевов постепенно вытесняло с закубанской земли животноводство. Рост арендных цен на землю в значительной мере сказался на местном овцеводстве. В 1867 году в станице насчитывалось 672 овцы [73], через десять лет – в 1876 году – 559 овец, таким образом, количество их уменьшилось [74]. Станица росла численно, увеличивалась и потребность в мясной продукции, поэтому в Абинской расширилось разведение грубошерстной мясной породы овец, однако рост этот был незначительным. В 1894 году здесь числилось 745 овец [75]. Стада находились в степи, и только на случай холодной зимы их загоняли в кошары. Стрижка овец велась вручную, и с одной особи снимали до 20 пудов шерсти. Цена за пуд шерсти составляла от двух до трех рублей. Молодой баран продавался по 1 рублю 50 копеек, а старый – по 3 рубля (в ценах на 1895 год) [76].

Стихийная специализация на зерновом производстве в меньшей степени отражалась на разведении крупного рогатого скота. Однако часто повторяющиеся эпидемии и слабое ветеринарное обеспечение самым неблагоприятным образом сказывались на развитии крупного рогатого скота. В 1869 году в станице был сильный падеж скота, когда пала одна треть всего поголовья. В акте «О беспорядках, допущенных в станице Абинской при лечении больного скота» от 15 июня 1869 года говорилось, что к станице невозможно было подъехать. На дорогах стоял смрад, вызванный разложением трупов павших животных. Падеж был так велик, что люди не успевали закапывать трупы животных, или если и делали это, то недостаточно тщательно [77]. Из ведомости о частном скотоводстве, приведенной в отчете атамана за 1894 год, известно, что воловьих пар было 519 (292 – у коренных жителей, 223 – у иногородних, имеющих оседлость, и 4 – у иногородних, не имеющих оседлости), коров и гулевого скота – 3486 (2092 – 1368 – 26) [78].

Промышленность в станице долгое время была представлена мелкими кустарными ремесленными мастерскими. В «Памятной книжке Кубанской области» за 1876 год приводится первое упоминание о наличии таких мастерских. В Абинской было три кузницы [79], через пять лет количество кузниц удвоилось [80]. В 1889 году уже работало 12 кузниц «с обыкновенными приспособлениями и инструментами, которые покупаются в Екатеринодаре, железо и сталь по мере надобности – у местных торговцев» [81]. Зародившееся в середине 70-х годов XIX века кузнечное ремесло начало быстро развиваться и улучшаться. Кроме обычных поделок, местные кузнецы стали делать железные плуги, которые сбывали на местных ярмарках жителям по 35–40 рублей. Все станичное кузнечное производство оценивалось в семь тысяч рублей. «Кузнецы способны, но мало сведущи в своем мастерстве: изделия их грубы, неуклюжи и плохо выполняют свое назначение, в особенности плохи “насталка” и “закалка” изделий» [82].

Сапожное ремесло в значительной мере зависело от наличия в станице скота. Возникло оно в Абинской в 1879 году, и через десять лет им занималось 23 человека: 18 русских, два армянина и три грека. В основном, материал для изделий закупался на месте, у кожевенников и торговцев, но иногда и выписывался из Керчи и Одессы. Работали сапожники, большей частью, на заказ и только в небольшом количестве изготавливали простые башмаки и ботинки для сбыта на базаре между пришлыми рабочими людьми. Годовой оборот сапожного производства оценивался в 7000 рублей – по 300 рублей на каждого мастера [83].

Заметим, что ремесла в Абинской появлялись по мере роста потребностей станичников в различных промышленных изделиях. Так появлялись колесное, бондарное, портняжное, шорное и столярное производства. Девять колесников в 1889 году, кроме ободьев и колес, делали еще дроги, повозки и сани. Работы производились в особых помещениях – сараях. «Из приспособлений у них имеются пеньки, токарные грубые станки и стелюги. Для мастерства употребляется разного рода дерево, преимущественно дуб, ясень и карагач, вывозимое казаками из местных лесов, с уплатой “попенной” платы». В колесном производстве разделение труда не применялось. Мастер выполнял всю работу от начала до конца сам. Подросткам-подмастерьям доверялись только самые простые и легкие работы: долбление гнезд, отеска спиц и т.п. Общая стоимость колесной продукции – 4000 рублей. Однако, как отмечал И. Бабенко, с каждым годом колесное производство падало вследствие повышения цены на лесоматериалы, что в свою очередь явилось результатом повышения казенной пошлины на лес [84].

Зародившись в начале 80-х годов, бондарное ремесло было представлено восьмью мастерами, которые, занимаясь круглый год в отдельных помещениях, изготавливали бочки, кадки и другую продукцию, при этом использовали самые обыкновенные инструменты и приспособления. Дубовая клепка, ореховые обручи, чикять – все это заготавливалось самим бондарем, с уплатой лесной пошлины. Английское обручное железо покупалось у местных торговцев по 2 рубля 60 копеек за пуд. Рентабельность бондарного производства находилась в прямой зависимости от урожая овощей и фруктов, а еще больше – от количества, качества и цены леса. Средний доход бондаря на 1889 год – более 1000 рублей в год [85].

Пожалуй, одно из самых ранних ремесел станицы – портняжное. В 1889 году портных в Абинской насчитывалось 14 человек: 11 русских, два грека и еврей. Работы производились, в основном, на заказ и меньше – на продажу. У каждого была своя ручная машина фирмы «Зингер», которые покупали в Екатеринодаре или Новороссийске. Особенно интенсивно данное производство стало развиваться с середины 80-х годов, когда начался усиленный рост табачных плантаций, в связи с чем увеличился приток населения в станице Абинской. Годовой объем производства оценивался в 4500 рублей [86].

Особо следует остановиться на развитии кожевенного производства. Зародившись в середине 80-х годов, благодаря развитию скотоводства, оно скоро достигло заводского уровня. В 1889 году в станице имелся кожевенный завод с шестью рабочими, которые получали в среднем от 100 до 200 рублей в год. Он располагался в специальном помещении, где находились все производственные приспособления: жернов для размола дубовой коры и кермека, дубильные чаны и зольники. Все это изготавливалось самим хозяином или местными мастерами. На заводе вырабатывалась кожа двух видов – юфть и подошва. Изделия сбывались на местном рынке или на ближайших ярмарках, и доход от продажи составлял 5000 рублей в год [87]. В начале XX века в Абинской появляется еще один кожевенный завод, который основали братья Воловодовы, и располагался он в большом подвальном помещении их дома. Это здание сохранилось до наших дней, в нем сейчас расположена средняя школа № 38.

Однако самыми развитыми в станице Абинской были производства, непосредственно связанные с сельским хозяйством, – это мукомольные и маслобойные заводы. Первая мельница на реке Абин появилась в 1869 году, и в дальнейшем, с ростом посевов зерновых, их число постоянно росло [88]. В 1881 году в станице было пять ветряных и водяных мельниц [89], а через два года их стало уже семь [90]. Основателем крупного мукомольно-маслобойного производства стал переселенец из Черниговской губернии Захар Кургузов, появившийся в Абинской в 1887 году. Он купил у общества земельный участок в две десятины в самом центре станицы, рядом с базаром у реки, поставив там водяную мельницу и маслобойный пресс. И хотя в это время процветали мельницы Астафьева, Бреславского, Апостолова и Гарбуза, производство Кургузова стало довольно успешно развиваться. Вскоре мукомольни Гарбуза и Бреславского разорились. В конце 90-х годов XIX века мельницей Захара стали управлять его сыновья Семен и Григорий. Они взамен водяного двигателя поставили небольшой паровой, а в 1910 году купили в Германии мощный двигатель, жернова заменили вальцами и поставили совершенные маслобойные прессы. Братья Кургузовы не только мололи давальческое зерно и били масло абинских хозяев. Они построили громадные склады, ссыпки и скупали излишки пшеницы и подсолнечника. В Абинскую привозили зерно и семечки даже из правобережных богатых хлебных станиц. Старший брат Семен Кургузов, в основном, жил в Екатеринодаре, откуда и управлял производством и сбытом. Имея телефонную связь с Абинской, он снижал цену на зерно на 10–15%, если у складов скапливались тысячи подвод с зерном и подсолнечником, и поднимал, если наступал спад подвоза. Муку, масло и жмых отправляли не только на рынки центральной России, но и на европейские. Например, жмых шел исключительно в Германию как полуфабрикат: из него там выжимали еще до 3–4% масла более мощные прессы [91]. В 1916 году кургузовская мельница производила в сутки 1500 пудов муки и 500 пудов масла, а работало на предприятии более ста человек. Годовой оборот братьев Кургузовых составил 666 623 рубля [92]. Круглый год продукция отправлялась железной дорогой (ветка Владикавказской железной дороги Екатеринодар – Новороссийск через станицу Абинскую была проложена в 1887 году) на различные рынки. Чтобы продукцию можно было легко доставлять на станцию, Кургузовы построили конно-железную дорогу от станции к комбинату. Конка состояла из десяти грузовых и двух пассажирских вагонов, а в 1912 году она была подарена Абинскому станичному обществу [93].

Важную роль в духовной жизни станицы Абинской играла православная церковь. Еще не закончили строить свои дома только поселившиеся на берегах Абина азовские казаки, как в самом центре станицы рядом со станичным правлением они возвели первый храм – молитвенный дом во имя святителя Николая Чудотворца. Ныне это территория между улицами Красноармейской, Пионерской, Свердлова и Пролетарской. Полковое начальство строго следило за церковной жизнью в станицах.

Подполковник В.Е. Фролов обратил внимание, что в Абинской по воскресным и праздничным дням станичное правление рано утром собирает людей на площади. Вскоре последовал приказ – до окончания церковной службы никаких сходок не совершать. «Собирать жителей всегда после обедни, если будет нужно, так, чтобы люди шли сначала слушать Божественную Литургию, а по выходе из церкви собирались у станичного правления и оканчивали свои житейские дела. Этого требует от каждого христианина долг, совесть и закон, и этим будет соблюдена четвертая заповедь Спасителя: шесть дней делай, а седьмой день – Господу Богу твоему» [94].

В 1867 году было построено новое деревянное однокупольное здание Николаевской церкви. Все строительство обошлось в 10 000 рублей, которые выделила войсковая казна. В 1905 году ее расширили на церковные средства в 2846 рублей – пристроили северный и южный приделы, у главного входа возвели колокольню. По данным Н.Т. Михайлова, на 1910 год Николаевский приход имел 1249 рублей церковной суммы и причтовой земли 51 десятину, которую приходской совет сдавал в аренду по 12 рублей. Жалование священнику – 200 рублей 70 копеек – и псаломщику – 51 рубль 43 копейки – платило Войско. Священник занимал церковный деревянный дом из пяти комнат, с надворными постройками и баней. Церковный дом имел и псаломщик, только турлучный и из трех комнат [95]. Долгие годы служил в Николаевском храме отец Андрей Волоцкий – с 1867 по 1880 год. После его кончины был прислан в станицу Абинскую молодой священник Павел Ильич Иванов, окончивший Ставропольскую духовную семинарию и прослуживший в этом храме до 1918 года. Церковь закрыли в день праздника Крещения Господня 19 февраля 1937 года. В тот же день был арестован и настоятель отец Николай (фамилию установить не удалось). Летом, в июне месяце, Свято-Николаевская церковь была разобрана за один день [96].

Казачье население станицы, освоившее правый берег реки Абин, долгое время желало иметь храм и на своей стороне. Несколько лет собирали средства, однако собрать необходимую сумму долго не удавалось. Пришлось просить у Войскового правительства. Всего на строительство было затрачено 100 000 рублей [97]. Строили в течение двух лет. Строительный материал заготавливали собственными силами. Камень для фундамента возили из окрестностей станицы Шапсугской, расположенной в 15 верстах от Абинской в горной местности. Старожилы вспоминали, как атаман давал наказ каждому хозяину изготовить определенное количество кирпича, который для особой прочности выжигали соломой [98].

В январе 1900 года атаман Темрюкского отдела в своем рапорте Кубанскому областному правлению отчитался об окончании строительства [99]. Однако целый год здание церкви простояло без служб, и только затем приступили к росписям. Церковь была выполнена в «русском стиле», представляла собой крестово-купольную постройку, у которой двухъярусный четверик имел четырехскатную крышу. Ее венчали пять глав, из которых четыре являлись декоративными и располагались по углам. 1 октября (14 октября по новому стилю) 1901 года на праздник Покрова Пресвятой Богородицы храм был торжественно освящен [100].

Первым настоятелем Покровской церкви стал Павел Антонович Миловидов, где и служил до самой своей смерти в 1910 году. Отца Павла похоронили около храма в алтарной части, где вскоре стал формироваться небольшой некрополь. Затем епархиальные власти назначили настоятелем Дмитрия Яковлевича Руднева, который после окончания Тульской духовной семинарии, прослужив двадцать лет по разным приходам Ставропольской епархии, приехал в станицу Абинскую. У отца Дмитрия была большая семья – одиннадцать дочерей и один сын. С ней он занял церковный дом, расположенный за храмом с восточной стороны. Дьякон Александр Валюхов проживал в общественном доме. Войсковое жалование выплачивалось только псаломщику – 51 рубль 43 копейки. Священник и дьякон получали содержание из церковных сумм.

Так как храм возник довольно поздно, то хорошей земли он не получил. Причту выделили 76,5 десятин, но большая часть ее была покрыта лесом, поэтому «для хлебопашества не совсем удобна» и арендовалась по 10 рублей за десятину [101]. Незначительная церковная сумма не могла вполне обеспечить большое семейство, поэтому отец Дмитрий два раза в год нанимал подводу и совершал объезд правобережья станицы и собирал так называемую «новынку». Он заходил с молитвой в каждый дом, и хозяева выносили ему короб пшеницы, меру масла и других продуктов с нового урожая [102]. Отец Дмитрий Руднев служил в Абинской до 1928 года, затем его выслали, а храм закрыли весной 1936 года. Сначала власти хотели устроить в церкви склад, но уже в конце лета отдали распоряжение разрушить храм. Имущество было сожжено и разграблено. Кирпич после разрушения пошел на строительство двух школ: в Абинске и в селении Варнавинском. В начале 60-х годов XX века на месте Покровской церкви построили городской стадион [103].

Существенной стороной жизни станицы Абинской являлось народное образование. Первая школа в станице возникла еще в полковой период. Открыта она была в 1864 году и долгое время находилась при Николаевской церкви. После окончания периода полкового правления в 1874 году школу преобразовали в мужское двухклассное сельское училище по образцу Министерства народного образования [104]. В 1881 году образовательное учреждение было преобразовано в Абинское Александровское двухклассное училище. На следующий год сформировался попечительский совет из почтенных и состоятельных станичников.

После того как основная масса казачьего населения перебралась на правый берег реки Абин, стали думать о переносе училища на новое место. В конце 90-х годов было построено новое двухэтажное здание. Училищу выделили огромный участок площадью в несколько гектаров, где имелся большой двор и фруктовый сад, который разводили сами учащиеся. В настоящее время всю эту территорию занимает Центральная районная больница.

Из «Журнала личного состава учителей по первому инспекторскому району Кубанской области на 1910 год» следует, что училище получало ежегодное пособие от Войска в 120 рублей, а из местных источников – 2674 рубля. Обучалось в училище 184 мальчика и 25 девочек. Почетным блюстителем в то время являлся станичный атаман урядник Николай Прокофьевич Гаркуша [105].

Из всего преподавательского состава особо выделялся заведующий Иван Карпович Бабенко, прослуживший в училище бессменно 30 лет. В 1910 году ему было 56 лет. Сам из казачьей семьи, получил образование в Закавказской учительской семинарии и поступил на службу в 1875 году, дослужившись до губернского секретаря. Благодаря его таланту и энергии, беззаветному служению делу народного образования, школы станицы Абинской резко выделялись среди народных училищ ряда кубанских станиц. По инициативе И. Бабенко и при его непосредственном участии при Александровском училище был разведен сад в две десятины. Уход за садом был вменен в обязанности учеников и учителей [106].

Абинское училище прямо утопало в зелени, однако это имело не только эстетическое и воспитательное значение. Доход от урожая шел в пользу школы, и благодаря этому появлялась возможность приобретать ценные учебные пособия, которые нечасто встречались даже в крупных городских школах. При училище имелась библиотека, состоявшая из трех фондов. Учительский фонд насчитывал 275 экземпляров в 847 томах, ученический – 277 экземпляров в 354 томах, и народный фонд – 222 экземпляра в 256 томах. Следовательно, библиотекой мог пользоваться любой грамотный житель станицы Абинской. Библиотека все время пополнялась периодическими изданиями, такими как «Родник», «Детское чтение», «Всходы», «Русская школа», «Плодоводство» и др. Ежегодная книговыдача составляла 781 экземпляр [107].

В 1897 году Иваном Карповичем Бабенко была организована воскресная школа при Александровском училище. Ее посещало 97 человек, а занятия проводились пять месяцев. В основном благодаря неуемной деятельности Ивана Бабенко, Александровское училище было преобразовано в Абинское высшее начальное училище. В нем преподавались: Закон Божий, русский язык и русская словесность, арифметика и начала алгебры, геометрия, география, история, естествознание и физика, рисование и черчение, пение, физические упражнения и в качестве необязательных предметов французский и немецкий языки. На основании статьи 51 утвержденного 25 июня 1912 года Положения о высших начальных училищах выпускникам присваивались служебные права по воинской повинности и по чинопроизводству, предоставляемые лицам, окончившим курс четырех классов мужских гимназий ведомства Министерства народного просвещения. 1 сентября 1916 года Высшее начальное училище начало свою работу, а первый выпуск был сделан 2 мая 1919 года. Первым инспектором училища стал М. Дудучава [108].

Вторым учебным заведением в станице стало Абинское начальное женское Екатеринодарского благотворительного общества училище. По инициативе станичного атамана А. Мирошниченко 30 июня 1874 года состоялся станичный сход, на котором присутствовало 255 человек. Собравшиеся на сходе «имели суждение, что учение есть дело хорошее не только для мальчиков, но и для девочек», поэтому, посоветовавшись между собой, и на основании статьи 1-й, пункта 2-го Положения о народных училищах постановили просить ходатайства Темрюкского уездного начальника об открытии в станице Абинской женской школы. Причем предполагалось открыть училище за счет средств Екатеринодарского благотворительного общества. Станичное общество брало на себя обязательства найти временное помещение для школы и дом для учительницы с отоплением и прислугой, а также поставлять на свой счет учебные пособия и остальные необходимые для школы материальные средства. Кроме этого, сход заверил уездное начальство «отстроить необходимое для сего здание не позднее будущего 1875 года» [109]. В июле в Абинской по этому делу побывал инспектор станичных училищ, который на месте убедился в необходимости поддержать своим ходатайством перед Екатеринодарским благотворительным обществом инициативу станичников. Правление Благотворительного общества откликнулось на просьбу довольно быстро и уже в августе написало ответ Темрюкскому уездному начальнику, что «оно относится с полным пониманием и сочувствием к желанию жителей станицы Абинской» и поэтому выделило средства на ежегодное жалование законоучителю отцу Андрею Волоцкому 60 рублей и учительнице вдове поручице Ольге Леонтович 200 рублей. Кроме этого, Общество просило уездного начальника принять под свое попечение вновь открываемое училище и «окружить его тем вниманием, каким пользуется училище Полтавское» [110].

31 октября 1874 года атаман А. Мирошниченко рапортовал в Темрюк об открытии училища, в которое поступило 22 девочки казачьего сословия, хотя желающих учить своих дочерей было гораздо больше. Но так как помещение было тесным, «в принятии дочерей иногородних лиц было отказано» [111]. Всего в 1874 году было открыто пять новых училищ, два из них – на средства Благотворительного общества, одно в Екатеринодаре, другое в Абинской [112].

Новое здание женского училища было построено в 1902 году на правом берегу реки Абин за Покровской церковью с восточной стороны. Заведующей стала З.А. Макаровская, законоучителем – отец Павел Миловидов, настоятель Свято-Покровского храма. Прасковья Диомидовна Котельвина преподавала чтение и чистописание. Она закончила регентские курсы в Екатеринодаре в 1896 году и педагогические курсы в Ставрополе в 1898 году. Дважды, получив пособие по 40 рублей от Екатеринодарского благотворительного общества, побывала на общеобразовательных курсах: в Москве в 1907 году и в Петербурге в 1910 году. Учительницы Е.В. Прокопенко, Е.И. Головко и М.И. Борчевская образование получили в Кубанском Мариинском институте [113].

Девочки изучали Закон Божий, чтение, арифметику, чистописание и географию. По субботам на пятом уроке было пение. Один урок в неделю отводился для рукоделия, на нем девочек учили вязать чулки и кружева, вышивать, кроить, шить, ставить заплаты. Обучение продолжалось три года. Самые успешные ученицы могли продолжить учебу во втором классе Александровского мужского училища. За обучение родитель-казак обязан был привезти в школу воз дров и сдать зерно от пая, а иногородние платили ежегодно 5–9 рублей [114].

На «казачьей стороне» станицы в 1905 году была открыта еще одна школа для казачьих детей – Абинское Северное одноклассное станичное училище. На 1910 год в нем в двух отделениях обучалось 53 мальчика и 34 девочки. Все предметы, в том числе и Закон Божий, преподавали два учителя – Павел Федотьевич Мороз и Гордей Тимофеевич Кравченко. Первый был из местных казаков и образование получил в Закавказской учительской семинарии. Для иногородних на левом берегу в 1903 году было открыто Абинское приходское училище, в котором обучалось 87 мальчиков и 39 девочек [115]. С 1904 года приходское училище стали называть «греческой школой», так как оно стало работать в новом кирпичном здании, построенном богатыми греками из табачных плантаторов. Здание сохранилось до наших дней, и занимает его сейчас Абинская типография.

13 октября 1913 года в Абинской необыкновенно торжественно был отпразднован 50-летний юбилей основания станицы. О нем 24 октября восторженно писали «Кубанские областные ведомости». Празднование началось Божественной Литургией в Свято-Николаевской церкви, затем после молебна все участники крестным ходом прошли к Покровскому храму, где тоже была отслужена литургия. Затем соединенные причты церквей отслужили общий молебен у воздвигнутого к этому событию памятника первопоселенцам, который и освятили. У памятника были прочитаны две очень яркие речи И.К. Бабенко и учителем П.К. Левицким. Освящено было и новое станичное правление, построенное стараниями атамана П.И. Зозули. Венчал праздник парад, в котором приняли участие казаки всех возрастов, в том числе и старики-выборные, и даже «дряхлые юбиляры, дожившие до столь важного праздника». Проезжали и повозки со всем скарбом первых поселенцев, а в завершение был сделан салют «из самодельных мортир» [116].

Это был последний мирный год в истории станицы Абинской накануне великих потрясений.



1. Ковешников В.Н. Очерки по топонимике Кубани. – Краснодар, 2006. С. 18–19.
2. Пьянков А.В. Заметки по топонимике Западного Закубанья // Интеграция науки и высшего образования в социальной сфере. Сборник научных трудов. – Краснодар, 2003. С. 172–173.
3. Неподоба В., Волков С. Абинск. – Краснодар, 1987. С. 9.
4. Полное собрание законов (далее – ПСЗ). Собр. 2. Т. 38 (1863). – СПб., 1866. Ст. 40026.
5. Пономарев В.П. Очерки истории основания закубанских станиц в середине XIX века. – Крас¬нодар, 2007. С. 99–100.
6. Акты, собранные Кавказской археографической комиссией. Т. VIII. – Тифлис, 1881. С. 352.
7. Государственный архив Краснодарского края (далее – ГАКК). Ф. 263. Оп. 1. Д. 5. Л. 3.
8. ГАКК. Ф. 263. Оп. 1. Д. 10. Л. 33.
9. ПСЗ. Собр. 2. Т. 37. – СПб., 1865.
10. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 397. Л. 112.
11. Акимченков Г.Ф. Геленджикская кордонная линия: эволюция экологической ситуации со вре¬мен Кавказской войны до наших дней // Историко-археологический альманах. Вып. 5. – Ар¬мавир–Москва, 1999. С. 107–108.
12. Еременко А.К., Подыма К.И. Именем России нареченный. – М., 1988. С. 48.
13. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 396. Л. 121.
14. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 857. Л. 93, 95.
15. Там же. Л. 47–48.
16. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 1280. Л. 1114.
17. Там же. Л. 1089, 1097.
18. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 857. Л. 359.
19. Там же. Л. 311.
20. Щербина Ф.А. История Кубанского казачьего войска. Т. II. – Екатеринодар, 1913. С. 351.
21. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 1280. Л. 1275.
22. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 857. Л. 359.
23. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 1280. Л. 1129, 1382.
24. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 12. Л. 61.
25. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 1х. Л. 5–6.
26. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 2а. Л. 2.
27. Там же.
28. ГАКК. Ф. 252. Оп. 2. Д. 858. Л. 129–130.
29. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 12. Л. 61.
30. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 10. Л. 1–5.
31. ГАКК. Ф. 722. Оп. 1. Д. 167. Л. 23.
32. ГАКК. Ф. 389. Оп. 1. Д. 12. Л. 2 – 2об.
33. Там же. Л. 8.
34. Основные административно-территориальные преобразования на Кубани (1793–1985). – Краснодар, 1986. С. 22, 27.
35. Материалы из фондов музея г. Абинска.
36. Там же.
37. Там же.
38. Кияшко И.И. 2-й Таманский, Адагумский и Абинский конные полки Кубанского казачьего войска // Кубанский сборник. Т. 3. – Екатеринодар, 1894. С. 221.
39. Станица Абинская // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Вып. 8. – Тифлис, 1889. С. 230.
40. Материалы из фондов музея г. Абинска.
41. Земли частных владений лиц войскового сословия Кубанского казачьего войска // Кубанский сборник. Т. 3. – Екатеринодар, 1894. С. 221.
42. Список населенных мест Кубанской области // Кубанский календарь. 1916. С. 500.
43. Земли частных владений лиц войскового сословия Кубанского казачьего войска // Кубанский сборник. Т. 3. – Екатеринодар, 1894. С. 19.
44. Материалы из фондов музея г. Абинска.
45. Там же.
46. Там же.
47. Там же.
48. ГАКК. Ф. 722. Оп. 1. Д. 167. Л. 32.
49. Список населенных мест Кубанской области // Кубанский календарь. 1916. С. 436.
50. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 186. Л. 29.
51. Щербина Ф.А. Табаководство в Екатеринодарском и Темрюкском отделах // Кубанская спра¬вочная книга. – Екатеринодар, 1891. С. 9.
52. Там же.
53. Там же. С. 12.
54. Там же. С. 10.
55. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 186. С. 29.
56. Станица Абинская // Сборник сведений о Кавказе. Т. VIII. – Тифлис, 1885.
57. Список населенных мест Кубанской области // Кубанский календарь. 1916. С. 436.
58. ГАКК. Ф. Р-234. Оп. 1. Д. 56. Л. 8.
59. Щербина Ф.А. Табаководство в Екатеринодарском и Темрюкском отделах // Кубанская спра¬вочная книга. – Екатеринодар, 1891. С. 9.
60. Трехбратов Б.А. Борьба сельскохозяйственных рабочих в период образования первых органи¬заций РСДРП на Кубани. – Краснодар, 1972. С. 7.
61. Щербина Ф.А. Табаководство в Екатеринодарском и Темрюкском отделах // Кубанская спра¬вочная книга. – Екатеринодар, 1891. С. 9.
62. Станица Абинская // Известия ОЛИКО. Вып. 1. – Екатеринодар, 1901. С. 154.
63. Материалы из фондов музея г. Абинска.
64. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 223. Л. 25.
65. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 500. С. 16.
66. Станица Абинская // Памятная книжка Кубанской области. – Екатеринодар, 1876. С. 83.
67. Темрюкский уезд по статистической переписи. Станица Абинская // Памятная книжка Кубан¬ской области. – Екатеринодар, 1886.
68. Материалы из фондов г. Абинска.
69. Там же.
70. Темрюкский уезд по статистической переписи. Станица Абинская // Памятная книжка Кубан¬ской области. – Екатеринодар, 1876. С. 126.
71. Материалы из фондов музея г. Абинска.
72. Статистическая перепись. Станица Абинская // Кубанский справочник. – Екатеринодар, 1894. С. 27.
73. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 334. Л. 22.
74. Темрюкский уезд по статистической переписи. Станица Абинская // Памятная книжка Кубан¬ской области. – Екатеринодар, 1876. С. 127.
75. Материалы из фондов музея г. Абинска.
76. Там же.
77. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 551. Л. 4.
78. Материалы из фондов музея г. Абинска.
79. Темрюкский уезд по статистической переписи. Станица Абинская // Памятная книжка Кубан¬ской области. – Екатеринодар, 1876. С. 32.
80. Административно-полицейское разделение Кубанской области // Памятная книжка Кубан¬ской области. – Екатеринодар, 1881. С. 63.
81. Станица Абинская // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. Вып. 8. – Тифлис, 1889. С. 234.
82. Там же. С. 232.
83. Там же. С. 234.
84. Там же.
85. Там же. С. 236.
86. Там же. С. 235.
87. Там же. С. 293.
88. Материалы из фондов музея г. Абинска.
89. Административно-полицейское разделение Кубанской области // Памятная книжка Кубан¬ской области. – Екатеринодар, 1881. С. 63.
90. Станица Абинская // Кубанский сборник. – Екатеринодар, 1883. С. 653.
91. Материалы из фондов музея г. Абинска.
92. Торгово-промышленные заведения Кубанской области // Кубанский календарь. 1916. С. 829.
93. Материалы из фондов музея г. Абинска.
94. ГАКК. Ф. 352. Оп. 1. Д. 20. Л. 2.
95. Михайлов Н.Т. Справочник по Ставропольской епархии // Исторический обзор Терека, Став¬рополья и Кубани. – М., 2008. С. 689.
96. Материалы из фондов музея г. Абинска.
97. Там же.
98. Там же.
99. Темрюкский уезд по статистической переписи // Памятная книжка Кубанской области. – Ека-теринодар, 1900. С. 23.
100. Материалы из фондов музея г. Абинска.
101. Михайлов Н.Т. Справочник по Ставропольской епархии // Исторический обзор Терека, Ставрополья и Кубани. – М., 2008. С. 689.
102. Материалы из фондов музея г. Абинска.
103. Там же.
104. Блюдов К.Ю. Отчет о состоянии народных училищ Кубанской области // Памятная книжка Кубанской области. – Екатеринодар, 1875. С. 5.
105. ГАКК. Ф. 472. Оп. 1. Д. 4. Л. 40.
106. Бабенко И.К. Станица Абинская // Кубанские областные ведомости. – Екатеринодар, 1901. 24 октября.
107. Там же.
108. Материалы из фондов музея г. Абинска.
109. ГАКК. Ф. 668. Оп. 1. Д. 479. Л. 4.
110. Там же. Л. 10.
111. Там же. Л. 12.
112. Блюдов К.Ю. Отчет о состоянии народных училищ Кубанской области // Памятная книжка Кубанской области. – Екатеринодар, 1875. С. 5.
113. ГАКК. Ф. 472. Оп. 1. Д. 7. Л. 92.
114. Материалы из фондов музея г. Абинска.
115. ГАКК. Ф. 472. Оп. 1. Д. 4. Л. 39.
116. Станица Абинская // Кубанские областные ведомости. 1913. № 224. С. 2.

Источник: Кубанский сборник / под ред. О.В. Матвеева, Г.В. Кокунько. – Краснодар: Книга. Том IV (25). – 2012. – 488 с.: ил.

По материалам http://slavakubani.ru

Количество показов: 3255

Возврат к списку


Обслуживание компьютеров по договорам

Protected by Copyscape Originality Checker